зал, наполненный предпринимателями всех мастей, взорвался в овациях своему лидеру, образцу богатства и процветания. Наконец, ведущий объявил, что у присутствующих будет возможность задать вопросы гостю. В зале в проходах установили два микрофона на тоненьких алюминиевых ножках.
Микрофон был соблазнительно близко к первому ряду, в котором посчастливилось оказаться мне, поэтому я быстро встала где-то третьей в очереди страждущих задать гостю вопрос.
Трамп отвечал на каждый вопрос долго и обстоятельно. Ведущий заметно занервничал. Речь затягивалась. Пора бы и честь знать.
Вот объявили последний вопрос. Его задавал невысокий мужчина с залысиной впереди меня. Признаться, я уже и не надеялась, что до меня дойдет очередь, но Трамп был Трамп. Известный своей слабостью к прекрасному полу, он указал на меня пальцем, властно приказав: «Пусть и она еще спросит».
Я набрала полные легкие воздуха и на одном дыхании произнесла:
– Я из России. Мой вопрос о международной политике. Если вы будете избраны президентом, какой вы видите свою внешнюю политику, в частности, в отношении моей страны? Планируете ли вы продолжать санкционную политику, наносящую урон экономикам обеих стран, или у вас есть другие методы?
– Я знаю Путина. И вот что я вам скажу: мы с ним поладим. Путин не уважает Барака Обаму. И это очень большая проблема. Потому что для Штатов самое худшее – это объединение России и Китая. А мы содействуем этому объединению. Я намерен прекратить это. И поладить с Путиным и с Россией, – ответил на мой вопрос Трамп.
Мужчина в углу сцены усиленно жестикулировал выступающему, показывая на наручные часы, что, мол, нам очень нужно уезжать. Трамп, как всегда, долго махал рукой, будто не желая покидать рассыпающуюся в овациях публику, но минуту спустя все же исчез со сцены. Народ сразу зашевелился. Главное зрелище было окончено, поэтому можно было разбредаться кто куда – на выставке открылись небольшие комнатки для микролекций по узкопрофильным темам. Мы с Полом решили пойти на спикера о будущем социального страхования. Едва выйдя из зала, я сказала своему спутнику:
– Пол, я только на секундочку в дамскую комнату зайду. Займи мне место, пожалуйста.
– Конечно, Мария, – улыбнулся Пол и моментально исчез в толпе, заполонившей коридор на выходе из главного зала.
Я юркнула в дамскую комнату на углу в паре шагов от того места, где произошел этот короткий диалог. Таких, как я, оказалось много. Стоя в очереди в кабинку, я достала мобильный телефон, позвонила Торшину и с радостью сообщила, что, кажется, наши страны действительно смогут поладить. Позже журналисты припишут этому выступлению право первенства: мол, это было впервые, когда Трамп заявил о своих симпатиях к России, а коли так, то я была точно подослана Кремлем в нужное время и место. На самом деле кандидат в президенты США уже несколько месяцев спекулировал на теме восстановления отношений с Россией, и то, что я услышала в том самом зале либертарианского фестиваля в ответ на свой вопрос, ни для кого уже не было новостью.
– А вы встречались с Трампом лично? – прищурив глаза спросила Мишель.
– Нет, – коротко ответила я.
– А сколько раз? – продолжила свои попытки уличить меня во лжи агент Болл.
– Ни разу, – так же коротко ответила я.
– А вот и нет, Мария! – чуть не подпрыгнула на стуле она. – А как же съезд Национальной стрелковой ассоциации США в 2016 году в Луисвилле, штат Кентукки.
– Смотреть выступление человека из многотысячного зала вряд ли тянет на понятие «личная встреча», Мишель, – улыбнулась я.
– В любом случае мы все равно собирались вас спросить про ваши с Торшиным поездки на мероприятия НСА, – продолжила агент Болл. – Как вы, обычная, как вы говорите, девушка, оказались в зрительном зале, где члены правления стрелковой ассоциации выразили свою официальную поддержку Трампу в его выдвижении в президенты США? Потрясающее везение, вы не находите?
– Это не везение, Мишель, это стечение обстоятельств. Если вы хотите знать, я расскажу, только придется послушать с самого начала.
Кевин по левую руку от меня поудобнее устроился в кресле, подпер подбородок ладонью и, будто маленький мальчик, готовый послушать бабушкину сказку на ночь, замер в ожидании рассказа.
– Эта история началась поздней осенью 2013 года. В Америке тогда по всей стране отмечали Хэллоуин, а организация «Право на оружие» в России проводила свой второй общероссийский съезд в центре Москвы. Наше движение за гражданские права российских оружейников было еще совсем молодо, но, как и положено детям, быстро росло и развивалось. Созданное группой энтузиастов, за два года движение набрало достаточно членов, чтобы стать общероссийской организацией. По закону для получения официального статуса всероссийской структуры требуется проведение съезда, в котором должны принять участие представители движения не менее чем от половины регионов России, поэтому в зале было довольно людно.
Мне очень повезло, потому что у меня в организации был талантливый сотрудник, пресс-секретарь Дмитрий Кислов, который, с вашей легкой руки, – ухмыльнулась я, глядя на прокурора Кенерсона, – стал действующим лицом моего уголовного дела и основанием для обвинения меня в секс-шпионаже в пользу Кремля. Он, кстати, был моим единомышленником и подчиненным в России, так что совершенно непонятно, зачем бы я стала предлагать ему интимные услуги за власть в моей собственной организации? Отставим даже на секундочку сам факт, что речь в нашей переписке шла об оформлении страховки на автомобиль. И наконец, совершенно непонятно, какое все это имеет отношение к США?
– Мы сейчас не об этом, Мария, – заспорил Кенерсон. – Продолжайте ближе к теме.
– Хорошо. Так вот. В зале собралось около трехсот человек. В своей жизни я всегда отличалась упорством характера, и если бралась за какое-нибудь дело, то доводила его до совершенства. И мои три красных диплома тому хорошее подтверждение. Так, будучи избранной руководителем российских оружейников, я взялась за развитие организации по всем фронтам – не только в России, но и за ее пределами, устанавливая дружеские связи с аналогичными сообществами борцов за права гражданских лиц на владение оружием в разных странах мира. Благо возможности социальных сетей сейчас это вполне позволяют, к тому же я, как вы ранее правильно отметили, неплохо владею английским языком. Так у нашей молодой организации появились организации-побратимы, руководителей которых мы, собственно, и пригласили на наш второй съезд. Многие откликнулись с удовольствием – это был прекрасный повод посетить Москву. Так что гости в нашем зале говорили на многих языках мира – были и итальянцы, и эстонцы, и болгары, и казахи, и белорусы, и украинцы, и евреи…
– И американцы, – снова перебил меня Кенерсон. Кевин гневно посмотрел на
